Колыбельные. Ночь пришла на мягких лапах/ Lullabies. The night has come on soft paws

English version below

 «Они жили, эти люди.
        Многие из них прошли и скрылись, как будто их ноги никогда не топтали
        травы у дороги…».

Вера Инбер «Место под солнцем»

Мама пела мне на ночь колыбельную «Ночь пришла на мягких лапах», которая была популярна в послевоенные годы. Её мелодия и слова, видимо, звучали во мне ещё до моего рождения.

В детстве я недоумевала – почему же мама поет колыбельную для сына, если я – дочка.

Вообще, мама часто пела мне перед сном колыбельные, написанные специально для мальчиков. Меня это удивляло, но ни разу не пришло в голову ей об этом сказать.

Песня такая обволакивающая, обнимающая, завораживающая, особенно в мамином красивом исполнении, успокаивающая, убаюкивающая, ласкающая, струящаяся, утешающая, рассеивающая беспокойство… Несмотря на моё удивление по поводу обращения в колыбельной к мальчику, «Ночь пришла на мягких лапах» мне очень нравилась, и я частенько просила маму спеть её перед сном.

В сети, к сожалению, не нашлось того исполнения, которое  я помню. Есть только не полное, очень старое исполнение именно на тот мотив и с теми словами, которые сохранились у меня в памяти.

Неизвестный исполнитель
 Ночь пришла на мягких лапах,
 Дышит, как медведь!
 Мальчик создан, чтобы плакать,
 Мама, чтобы петь!
 
 Припев:
 А, ты малыш. Еще ни разу
 Не ступал ногой!
 Спи, мой мальчик черноглазый,
 (ясноглазый, голубоглазый, сероглазый и т. д.)
 Зайчик дорогой!
 
 Тучи черные закрыли
 Синий небосвод.
 Папа твой в далеком море
 Бережет твой сон!
 
 Припев:
 А, ты малыш. Еще ни разу
 Не ступал ногой!
 Спи, мой мальчик черноглазый,
 (голубоглазый, сероглазый и т. д.)
 Зайчик дорогой!
 
 Твой отец вернется в гавань
 И уйдет опять!
 Папа создан, чтобы плавать,
 Мама, чтобы ждать!
 
 Припев:
 А, ты малыш. Еще ни разу
 Не ступал ногой!
 Спи, мой мальчик черноглазый,
 (голубоглазый, сероглазый и т. д.)
 Зайчик дорогой!  

Ноты колыбельной.  Павлинов А. Т., Орлова Т. П. Ни пуха, ни пера. Студенческие и туристские песни. СПб.: Издательство «Композитор» (Санкт-Петербург), 2000.

Поискав в интернете автора стихов и композитора этой колыбельной, я, как это частенько бывает, нашла, конечно, интересную историю.

Правда, эта история не о создании самой колыбельной, так как автор её стихов (в этой форме) и автор музыки неизвестны. В упомянутом выше сборнике «Ни пуха, ни пера» говорится, что в 1956 г. группа студентов, проходивших практику в г. Горький, привезла в Московский инженерно-физический институт (МИФИ) эту песню. Это, оказывается, настоящая народная песня, только на основе стихотворения некогда известной поэтессы, начавшей творить в далекие 20-е годы прошлого века.

Вера Михайловна Инбер говорила о себе так: «Я писательница советская, но родом из Российской империи».

Вера Инбер (ур. Шпенцер)

Многие сравнивали её со знаменитой Ахматовой и другими поэтами тех лет, но она оставила в литературе свой уникальный след – нежный и одновременно сильный. Она долгое время была забыта всеми, но песни на её стихи и сами стихи слушали и читали миллионы, даже не зная, кто является их автором. Она — автор слов широко известной песни «Девушка из Нагасаки», а также песен о маленьком Джонни и Вилли-груме. Любители шансона уже скоро век поют «Девушку из Нагасаки», не задумываясь над тем, кто автор этих душещипательных строк.

Вера Инбер (урожденная Шпенцер) родилась 10 июля 1890 года в Одессе.

Она вспоминала про свою юность:

“В 15 лет я писала: Упьёмтесь же этой единственной жизнью,/ Потому что она коротка.

Дальше призывала к роковым переживаниям, буйным пирам и наслаждениям, так что мои родители даже встревожились”.

В 1912 году увидела свет первая книга стихов Веры Инбер “Печальное вино”. Её хвалил Блок, книга произвела впечатление и на Илью Эренбурга.

До конца 20-х годов прошлого века творчество молодой поэтессы было будоражащим, свободным, летящим.

  Сеттер Джек (фрагмент)
 «…Ветер свистел, выл, сек
 по полным слез глазам.
 Хозяин крикнул: «Прыгай, Джек,
 Потому что… ты видишь сам!»
 
 Но Джек, припав к нему головой
 и сам, дрожа весь,
 успел сказать: «Господин мой,
 останусь я здесь…»
 
 На земле уже полумертвый нос
 положил на труп Джек,
 и люди сказали: «Был пес,
 а умер, как человек».
 1925 
 Васька Свист (фрагмент)
 
 «…На эстраду гитарный спец влез,
 дзинь-дзинькает так и так.
 Разносят раков-деликатес:
 сорок копеек рак.
 
 Васька Свист за соседний стол глядит
 и, опутан гитарной игрой,
 двух раков берет в кредит,-
 один, между прочим, с икрой.
 
 Васька Свист на вид хоть и прост,
 но он понимает людей.
 Он берет рака за алый хвост
 и, как розу, подносит ей…»
 1926 

Но сталинская система, в конце концов, сломала эту миниатюрную поэтессу, заставив потратить талант на удовлетворение запросов власти.

Сейчас даже не очень верится, что двоюродная сестра Льва Троцкого, сталинская (1946 г.) лауреатка, обладательница медалей, двух орденов Трудового Красного Знамени, ордена «Знак Почёта» (1939 г.), член правления Союза писателей СССР и редколлегии журнала “Знамя”, бескомпромиссная литературная комиссарша написала когда-то, что «у апельсина кожура красней гусиных лап», «колени смугло розовеют, как яблоки в траве», «важные текут неторопливо слова и мысли, и душа строга, пустынна  и  просторна,  словно нива, откуда вывезли стога», что ночь может прийти на мягких лапах, и дышать, как медведь, а еще и такие строки:

“Пока под красных песнопений звуки
Мы не забыли вальсов голубых,
Пока не загрубели наши руки, целуйте их”.

М.Орлов ,Н.Березина, С.Березина исполняют «Ночь пришла на мягких лапах» близко к аутентичному исполнению.

А вот как выглядит первоисточник колыбельной «Ночь пришла на мягких лапах», написанный Верой Инбер в 1927 г. и не имеющий по смыслу почти ничего общего с народной колыбельной.

 СЫНУ, КОТОРОГО НЕТ
 
 (Колыбельная песня)
 
 Ночь идет на мягких лапах,
 Дышит, как медведь.
 Мальчик создан, чтобы плакать,
 Мама — чтобы петь.
 
 Отгоню я сны плохие,
 Чтобы спать могли
 Мальчики мои родные,
 Пальчики мои.
 
 За окошком ветер млечный,
 Лунная руда,
 За окном пятиконечная
 Синяя звезда.
 
 Сын окрепнет, осмелеет,
 Скажет: «Ухожу».
 Красный галстучек на шею
 Сыну повяжу.
 
 Шибче барабанной дроби
 Побегут года;
 Приминая пыль дороги,
 Лягут холода.
 
 И прилаженную долю
 Вскинет, как мешок,
 Сероглазый комсомолец,
 На губе пушок.
 
 А пока, еще ни разу
 Не ступив ногой,
 Спи, мой мальчик сероглазый,
 Зайчик дорогой…
 
 Налепив цветные марки
 Письмам на бока,
 Сын мне снимки и подарки
 Шлет издалека.
 
 Заглянул в родную гавань
 И уплыл опять.
 Мальчик создан, чтобы плавать,
 Мама — чтобы ждать.
 
 Вновь пройдет годов немало…
 Голова в снегу;
 Сердце скажет: «Я устало,
 Больше не могу».
 
 Успокоится навеки,
 И уже тогда
 Весть помчится через реки,
 Через города.
 
 И, бледнея, как бумага,
 Смутный, как печать,
 Мальчик будет горько плакать,
 Мама — будет спать.
 
 А пока на самом деле
 Все наоборот:
 Мальчик спит в своей постели.
 Мама же — поет.
 
 И фланелевые брючки,
 Первые свои,
 Держат мальчикины ручки,
 Пальчики мои.
 1927 

English version

«They lived, these people.

         Many of them passed and disappeared as if their feet had never trampled

         grass by the road… «.

Vera Inber «A Place in the Sun»

Mom sang me a lullaby “The night has come on soft paws”, which was popular in the post-war years. Her melody and words, apparently, sounded in me even before my birth.

As a child, I wondered why my mother sings a lullaby for her son, if I am a daughter.

In general, my mother used a lot of lullabies written especially for boys to put me to bed. It surprised me, but it never occurred to her to tell her about it.

The song is so enveloping, embracing, bewitching, especially in my mother’s beautiful performance, soothing, lulling, caressing, flowing, consoling, dispelling anxiety … Despite my surprise at the address to the boy in a lullaby, “The night has come on soft paws” I really liked and I often asked my mother to sing it before bed.

Unfortunately, the performance that I remember was not found on the network. There is only an incomplete, very old performance with exactly that motive and with the words that have been preserved in my memory.

Unknown artist
 The night came on soft paws,
 Breathe like a bear!
 The boy is created to cry,
 Mom to sing!
 
 Chorus:
 And you're kid. Even once
 Not stepped foot!
 Sleep, my boy is black-eyed,
 (Clearly, blue-eyed, serurozzy, etc.)
 Bunny dear!
 
 Black closed clouds
 Blue sky.
 Dad is yours in the distant sea
 Gets your dream!
 
 Chorus:
 And you're kid. Even once
 Not stepped foot!
 Sleep, my boy is black-eyed,
 (blue-eyed, seruroke, etc.)
 Bunny dear!
 
 Your father will return to the harbor
 And leave again!
 Dad is created to swim,
 Mom to wait!
 
 Chorus:
 And you're kid. Even once
 Not stepped foot!
 Sleep, my boy is black-eyed,
 (blue-eyed, seruroke, etc.)
 Bunny dear

Lullaby sheet music

Having searched the Internet for the author of poetry and the composer of this lullaby, I, as often happens, found, of course, an interesting story.

True, this story is not about the creation of the lullaby itself, since the author of her poems (in this form) and the author of the music are unknown. The collection of songs «No fluff, no feather» says that in 1956 a group of students who were doing practical work in the city of Gorky brought this song to the Moscow Engineering Physics Institute. This, it turns out, is a real folk song, only on the basis of a poem by the once famous poetess, who began to create in the distant 20s of the last century.

Vera Mikhailovna Inber said about herself like this: «I am a Soviet writer, but I come from the Russian Empire.»

Many compared her with the famous Akhmatova and other poets of those years, but she left her unique mark in literature — gentle and at the same time strong. She was forgotten by everyone for a long time, but her poems and songs on them were read and listened to by millions, not even knowing who their author is. She is the lyricist of the well-known song «The Girl from Nagasaki», as well as songs about little Johnny and Willie the groom. Chanson lovers have been singing «The Girl from Nagasaki» for a century already, without thinking about who is the author of these sentimental lines.

Vera Inber was born on July 10, 1890 in Odessa. She recalled her youth:

“At the age of 15, I wrote: Get drunk with this one life, / Because it is short.

Then she called for fatal experiences, violent feasts and pleasures, so that my parents were even alarmed. «

In 1912, the first book of poems by Vera Inber «Sad Wine» was published. Blok praised her, the book made an impression on Ilya Ehrenburg.

Until the end of the 20s of the last century, the work of the young poetess was exciting, free, flying.

But the Stalinist system, in the end, broke this miniature poetess, forcing her to spend her talent on satisfying the demands of the authorities.

Now it’s hard to believe that Leon Trotsky’s cousin, Stalinist (1946) laureate, winner of medals, two Orders of the Red Banner of Labor, the Order of the Badge of Honor (1939), a member of the board of the USSR Writer’s Union and the editorial board of the ”Znamya” magazine, The uncompromising literary commissar once wrote that “an orange has a peel redder than a goose’s paws ”,“ knees turn dark pink like apples in the grass ”,“ important words and thoughts flow slowly, and the soul is strict, deserted and spacious, like a cornfield, where the haystacks were taken from ”, and the night can come on soft paws and breathe like a bear.

M. Orlov, N. Berezina, S. Berezina perform «The night has come on soft paws» close to the authentic performance.

And here is what the original source of the lullaby “The night has come on soft paws” looks like, written by Vera Inber in 1927 and which in its meaning has almost nothing in common with the folk lullaby.

  To the son who is not. Lullaby 
  
 The night goes on soft paws ,
 Breathes like a bear .
 Boy created to cry,
 Mother — to sing.
  
 Fending off bad dreams I ,
 Able to sleep
 Boys my family ,
 My fingers .
  
 Outside the window the wind milky ,
 Lunar ore,
 Outside the window, a five-pointed
 Blue Star .
  
 Son stronger, osmeleet ,
 Say, » I’m leaving .»
 Red necktie around the neck
 Tie son .
  
 Shibche drumming
 Flee the year;
 Flattening the dust of the road,
 Will serve cold.
  
 And prilazhennoy share
 Vskinet like a sack
 Gray-eyed member of the Komsomol ,
 On the lip down .
  
 And yet never
 Do not set foot ,
 Sleep, my little boy with gray eyes ,
 Bunny expensive …
  
 Nalepa color brand
 Letters to the side,
 Son of me letters and gifts
 Sends afar.
  
 Looked into the home port
 And once again sailed .
 Boy created to swim,
 Mother — to wait.
  
 Again pass many years …
 Head in the snow ;
 Heart says: » I’m tired ,
 No longer can. «
  
 Settle down forever ,
 And even then
 Message to rush through the river ,
 Through the city.
  
 And pale as paper,
 Vague as printing ,
 The boy will weep bitterly ,
 Mama — will sleep .
  
 In the meantime, in fact,
 The opposite is true :
 The boy is sleeping in his bed ,
 Mum — sings .
  
 And flannel trousers ,
 His first ,
 Keep malchikiny pens,
 My fingers . 

Колыбельные. Ночь пришла на мягких лапах/ Lullabies. The night has come on soft paws: 22 комментария

Добавьте свой

  1. Практически не знаю ее творчества. Почему-то запомнилась эпиграмма на нее (автора не знаю).
    Ах, у Веры, ах у Инбер,
    Что за ротик, что за лоб.
    Всё глядел бы, всё глядел бы
    на неё б.
    (Последняя строка читается «но не …)
    Из песни слов не выкинешь, пардон за фривольность

    Нравится 1 человек

    1. Это эпиграмма Маяковского. Достаточно нелицеприятная.
      И вообще, она, видимо, была не очень приятная женщина. Но явно талантливая.

      Нравится

      1. Я недавно про Алигер писала, к юбилею. Потрясающие детские стишки. Но время было такое, что она свой талант на критиканство перевела. Это она предложила Галича выслать из страны, и т.п. Я этого раньше не знала, была в шоке…
        Может, и у Инбер что-то было не так… Или наоборот… Как на странно, но не хочу знать. После Алигер все еще в шоке

        Нравится 1 человек

      2. Да, именно так. Но я не могу позволить себе кого то осуждать. Сначала надо пожить в ее обстоятельствах, а потом уже знать — как бы ты сам сделал.
        Но в конце жизни Инбер была несчастна и одинока. И жаль ее таланта, растраченного впустую.

        Нравится

      1. У вас высокая степень близости с няней была. У моей дочки тоже была няня, но спать я ее сама укладывала и колыбельные пела. Иногда просто «ааа-аа-ааа, аа-аа-ааа»…

        Нравится 1 человек

      2. Няня меня днем с песней укладывала. И вообще когда мы с ней вдвоем оставались она мне часто пела. А мама по вечерам была усталой и пела или короткие народные колыбельные или просто баюкала.

        Нравится 1 человек

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

Ваш собственный блог на WordPress.com. Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: